Новости разных литсеминаров

01.06.2011

Пресс-релиз третьего романного семинара под руководством Г.Л. Олди и А. Валентинова «Партенит-2011»

Литературный семинар под руководством известных писателей-фантастов Генри Лайона Олди и Андрея Валентинова состоялся в пгт. Партенит (АРК Крым) с 12 по 19 мая 2011 г. под эгидой общественной организации «Созвездие Аю-Даг».

04.09.2010

Общественная организация «Созвездие Аю-Даг»

ОБЪЯВЛЯЕТ

что с 12 по 19 мая 2011 г. в пгт. Партенит (АР Крым) состоится третий литературный (романный) семинар под руководством писателей-фантастов Г. Л. ОЛДИ и А. ВАЛЕНТИНОВА «Партенит-2011». Полная информация по адресу: Сайт Крымского Фестиваля Фантастики «Созвездие Аю-Даг»

31.07.2010

На сайте litseminar.ru сформирована основа базы литературных семинаров. Вскоре здесь можно будет получить подробную информацию о постоянно действующих семинарах, а также узнать о семинарах прошлых лет.

Архив новостей литсеминаров
Рейтинг@Mail.ru

Новости литсеминара Егоровой и Байтерякова

Ближайший литсеминар

Пока дата следующего заседания неизвестна

Участники и произведения

    Программа обсуждения

    1. Идея (как основная мысль рассказа), тема, жанровый и культурный контекст
    2. Персонажи, их взаимодействие в сюжете
    3. Конфликт, сюжет, фабула
    4. Детали, фантастический элемент, стилистика, ляпы и прочие подробности

    За новостями следите в сообществе litseminar. С материалами можно ознакомиться на странице заседания.


    Предыдущий литсеминар

    Состоялся 18 марта 2012 года в Москве.

    Участники и произведения

    Отчеты и другие материалы выложены на странице заседания.

    Информация по проекту

    14.08.2011

    13 августа прошло 19 заседание нашего литсеминара. На улице стояла жара, но еще более жаркими были обсуждения. Новые участники оказались серьезными и интересными писателями, а ветераны, как обычно, докапывались до системных особенностей творчества и делали далеко идущие выводы.
    С материалами семинара можно ознакомиться на сайте.
    Следующий литсеминар планируется провести на Звездном мосту. Запись мы будем вести в жж litseminar, так что следите за новостями.

    25.05.2011

    Состоялся 17 мая 2011 года в Партените, в рамках романного семинара Г.Л. Олди и А. Валентинова. Это был самый крупный семинар — обсуждалось 14 рассказов, заседание проходило весь день.
    Кроме семинара мы сделали доклад о девяти психотипах сценаристики — «исправленный и дополненный».
    Еще один итог семинара: по рекомендации руководителей семинара Наталья Егорова стала кандидатом в члены Союза Писателей.

    05.03.2011

    18-й литсеминар планируется провести в мае 2011 года в Партените, в рамках романного семинара под руководством писателей-фантастов Г. Л. ОЛДИ и А. ВАЛЕНТИНОВА .
    Ведется набор участников.

    26.02.2011

    17-й литсеминар состоялся 26 февраля 2011 года в Москве.
    Участвовали: Сергей Сизарев, Ольга Дорофеева, Наталья Витько, Светлана Таскаева.
    Ведущие семинар Егорова и Байтеряков прочитали лекцию о 9 типах героев в сценаристике и проиллюстрировали ее разбором рассказов участников, а также рассказали как они использовали типизацию при разработке своего рассказа: «Вкалывают роботы, счастлив человек».
    Материалы 17-го литсеминара выложены здесь.

    20.10.2010

    16-й литсеминар состоялся 20 ноября 2010 года в Москве.
    Список участников: Сергей Сизарев, Сергей Буланов, Дэн Шорин, Анна Донна.
    Ведущие Егорова и Байтеряков рассказывали о расстановке «крючков» в остросюжетном произведении на примере своего рассказа «Паникерша» (этот рассказ разбирался и на 15-м семинаре, но в учебных целях решено повторить обсуждение).
    Материалы 16-го литсеминара выкладываются здесь.

    Архив новостей проекта «Литсеминар»

    Дао для топ-менеджера

    (Рассказ; литсеминар №1)

    — Пап, а у воды только два фазовых состояния?

    — Отстань, Денька.

    — Ну, па-ап... Папа-а... Сколько у воды фазовых состояний?

    — В угол отправлю.

    — А я в углу тоже буду ныть. Ну ско-олько?..

    — Убиться об стену... Дай отдохнуть! Я на работе устал!

    — Расскажи про воду, и я буду сидеть тихонечко-тихонечко. А ты будешь отдыхать. Весь вечер.

    — Позитив. Зачем тебе эта вода?

    — Я про нее обучалку послушал. Обучалка говорит, что лед в холодильнике — это фазовое состояние воды. И когда вода жидкая, это тоже фазовое состояние. Я у обучалки спрашиваю, какие еще есть фазовые состояния, а она только повторяет то же самое. Но они же есть? Или их нету?

    — Для пяти лет такие обучалки?! Готично.

    — Ну нет, ну постарше немножечко... — мальчик как бы случайно отключил обучающую программу, чтобы отец не заметил возрастную пометку «детям от десяти лет». — Пап, ну для пяти скучные совсем, я их уже наизусть все знаю.

    — Где модератор?! Не лезь, куда не положено. Кто лезет не в свои дела, всегда за это получает. Сейчас отшлепаю, чтоб запомнил!

    — А я нажму вон ту красную кнопку для маленьких, и тогда приедет соцбезопасность, меня спасут, а тебя оштрафуют.

    — В Бобруйск бы тебя, сволочь мелкая... Прогулок лишу на неделю!

    — Ну и пускай... Пап, пока ты со мной ругаешься, можно было, наверное, давно про воду рассказать.

    — Ох, ладно, слив засчитан... Иди сюда, показываю раз и навсегда. Смотри, я домашнюю сеть на твой пароль переключаю в режим «до двенадцати лет». И чтоб не лез ко мне больше, понял?!

    — А можно текстовый режим подключить?

    — Можно, можно! Только не нужно! Я сам с голосового работаю!

    — Пап, ты лучше сейчас покажи. А то я все равно потом опять буду спрашивать.

    — Нет, этот мальчик — ахтунг! Вот здесь текстовый режим подключается... Значит, выходишь в глобальную сеть и говоришь «Фас!» Ну или пишешь, если слишком умный... Тогда запускается поисковая система нашей корпорации. Это самая лучшая поисковая система, киндер, потому что наша корпорация работает над технологиями будущего.

    — А другие поисковые системы есть?

    — Есть. Но тебе их незачем знать. И вообще отсюда можно ходить только по сети доменов нашей корпорации. Понял?

    — А с уличного терминала?

    — Я тебе сейчас всыплю! Уличный терминал ему давай, другие поисковые системы! Меня даже соцбез не оштрафует, если я им такое расскажу — а тебя на перевоспитание заберут!..

    — Ну пап, я просто так спросил... И что, этот «Фас!» мне найдет все, что надо?

    — В тему. Смотри, он дает ссылки, где в сети можно узнать про фазовые состояния воды. А теперь отстань.

    — Спасибо, папочка! Я пойду в свою комнату и буду там сидеть тихонечко!

    — Иди, киса, ку-ку...

    Отец проследил взглядом, как закрывается дверь в комнату четырехлетнего сына, и включил спортивный канал. «Скоро вернется жена, надо будет рассказать: Гейтс знает что растет из сына! Ахтунг, да и только! Однако заведешь разговор — переругаешься: она ведь считает, что сына отец должен воспитывать. А еще мать называется, фифа гламурная... Ладно, обойдется как-нибудь. Не может пятилетний ребенок интересоваться такой ерундой, для его возраста совсем оффтопик. Поиграет и забудет. Вон, сам в его возрасте котят мучить любил, а уже к двенадцати годам, на выборе специальности, ветеринаром стать отказался».



    Мать без конца оправляла на Денисе то черный воротничок, то белый жилет или ярко-зеленый галстук-бабочку: сыну исполнилось двенадцать лет, и он впервые надевал одежду цветов своей корпорации. Родителям дали выходной, чтобы вся семья могла явиться в учебный центр, где сыну предстояло выбрать будущую специальность и пройти подтверждающие способности тесты.

    — Такой торжественный день, сынок... Такой важный для всех нас... Но ты не волнуйся, ты, главное, не волнуйся: мы верим в тебя! — мать перестала наконец поправлять костюм Дениса, чтобы начать лихорадочно пудриться.

    — Да я и не волнуюсь, мам! — Улыбнулся сын.

    — Ты все хорошо выучил? Все знаешь? — не могла успокоиться мать. — Ты помнишь, что в зале для прохождения тестов «мертвая зона», и в сеть ты выйти не сможешь? Что запомнил, то и запомнил — а я надеюсь, ты хорошо помнишь все, что надо!

    — Ну конечно, мам, — терпеливо ответил Денис. — И вообще... я на всякий случай книгу с собой взял. Бумажную.

    — Извращенец в семье растет, — схватился за голову отец. — Сколько раз я тебе говорил, а ты все носишься с ним! — прикрикнул он на мать.

    — Подожди, — отмахнулась женщина. Она нагнулась, чтобы заглянуть сыну в глаза: — Денька, где ты взял книгу?

    — В библиотеке, мам, — пожал плечами тот.

    — Дайте две! Разве библиотеки с бумажными книгами еще не позакрывали? — сердито вмешался отец.

    — Да нет же, папа, — терпеливо пояснил Денис. — Просто мало кто сегодня пользуется бумажными книгами. Старички в основном. Вот я и взял с собой книгу — она как обучалка, только бумажная и без интерактива, все самому надо искать и читать. Навряд ли она понадобится — но вдруг там и в самом деле будет что-то, чего я не знаю.

    — Отстой. Да лишь бы тебя не забанили...

    — Алекс, ты хоть бы в такой день бросил свои албанские выражения! — мать в раздражении пристукнула каблучком.

    — Киса, ты с какого города? Я на албанском не выражаюсь, я на нем разговариваю!

    — В правилах про бумажные книги вообще ничего не сказано, — прервал Денис закипающую перебранку. — Кто сегодня пользуется бумажными книгами, когда всё, что надо можно узнать из сети? Многие про бумажные книги и не слышали. Так что не беспокойтесь, родители!

    Те беспомощно переглянулись. Наконец, отец махнул рукой.

    В учебном центре все бурлило и двигалось. Переживали родители, наскоро пролистывали карманные обучалки дети; одни входили в аудитории, другие выходили, уже ответив на тесты. У автоматов, выдающих седативные средства и стимуляторы для мозга и памяти, собирались очереди. В центре вестибюля большое электронное табло показывало, в каких аудиториях проводятся тесты на различные специальности.

    — Ой, я так беспокоюсь, прямо трясет, — аккуратно, чтобы не повредить маникюр, заломила руки мать. — Сейчас схожу за антидепрессантом... Что с тобой, сынок?!

    Бледный Денис вновь и вновь пробегал широко распахнутыми глазами строки, перечисляющие открытые для обучения специальности.

    — Мне нужен администратор, — сказал он шепотом. — Администратор! — отчаянно выкрикнул он.

    Найти живого администратора — а Денис настойчиво требовал именно такого — оказалось нелегко. На голосовые команды местный терминал не реагировал, и отец, хмурясь, несколько минут безрезультатно тыкал в приборную панель, пока его не оттеснил сын. Несколько движений кистью, и на экране терминала появилась немолодая женщина:

    — Что случилось?

    Денис опередил замявшихся родителей:

    — Мне нужна помощь. Я рассчитывал пойти на специальность разработчика обучающих программ, но не вижу ее на табло.

    — Во-первых, — сказала администратор, — чтобы рассчитывать на эту специальность, нужны хорошие показатели по тестам в течение недифференцированного обучения. А у вас они...- женщина направила сканер на голограмму с белого жилета мальчика.

    — Позволяют мне рассчитывать на эту профессию! — с вызовом сказал Денис.

    — Да, действительно, — согласилась администратор, поглядев на выданные сканером результаты. — Но ваших возможностей, увы, недостаточно. Превыше всего — нужды корпорации. В прошлом месяце у нас был набор на эту специальность, но теперь квота исчерпана. Наша стратегия развития показывает, что в будущем нам станут нужны другие специальности; их достаточно много, и у вас, молодой человек, хороший выбор.

    — Я могу прийти на тестирование в другой раз? — мальчик старался не моргать, чтобы не покатились слезы.

    — Не можете, — развела руками администратор, — вы уже зарегистрированы в системе. Кроме того, насколько мне известно, набор на специальность, которую вы хотели, не будет открываться еще как минимум год. Как минимум! Поэтому я рекомендую вам еще раз изучить открытые специальности и сделать новый выбор. Заметно, что вы способный молодой человек, и в корпорации «Технологии будущего» для вас всегда найдется достойное место.

    — Именно поэтому я не могу заниматься тем, чем хочу?.. — Денис все-таки расплакался и убежал. Мать сорвалась за ним, а отец съежился под суровым взглядом администратора.

    — Да уж, проявления лояльности в вашей семье не на высоте, — процедила женщина.

    — Ну, слил киндер, так что — сразу в газенваген? — робко пробормотал тот.

    — Я доложу о происшедшем. На мой взгляд, вы заслуживаете штрафа или даже урезания соцпакета за ненадлежащее воспитание нового поколения наших служащих, — изображение администратора исчезло. Отец распустил узел начавшего душить форменного ярко-зеленого галстука, несколько раз глотнул воздуха и отправился на поиски семьи.

    Нашел он их, конечно, перед табло, где мать втолковывала что-то Денису, размахивая перед его носом зажатым в кулаке длинным тюбиком помады. Тот был уже почти спокоен, только шмыгал иногда покрасневшим носом.

    — Проектировщик микрочипов, — твердо сказал подошедший отец.

    — Папа, я не хочу быть проектировщиком микрочипов, — отозвался мальчик, не глядя на родных.

    — Почему? Прекрасная профессия! Как раз для умных! — Зачастила мать. — Чистенькая, спокойная, без нервов, и платят очень хорошо! Намного лучше, чем нам с отцом за работу на конвейере! Новые микрочипы проектировать — совсем не то, что платы собирать...

    — Тупая это профессия, — буркнул Денис. — Кто-нибудь один придумает что-то новенькое, а потом тысячи людей сидят и воплощают в кремнии. Ни ума, ни фантазии.

    — Так, — сказал отец страшно. — Мы все уже влипли: администратор докладывает, что в семье нелояльно воспитанный ребенок! И этот монстр еще стоит выбирает, какие специальности считает тупыми, а какие не очень — убиться об стену! Значит, ты сейчас сдаешь тесты на проектировщика микрочипов — или я передаю права на тебя соцбезу.

    — Алекс, — нервно сказала мать.

    — Приколы забанены! — выкрикнул отец. — Или он идет в аудиторию 14, где сдают проектировщики микрочипов, или он мне больше не сын!

    Денис тоном принявшего решение человека проговорил:

    — Хорошо. Вы сами на этом настаивали! — и со странной улыбкой отправился в названную аудиторию.

    «За какой период времени земля совершает полный оборот вокруг солнца? Варианты ответа — 1 день, 1 месяц, 1 год. Кажется, это последний вопрос для тупых? Ставим 1 день. Так, дальше продвинутый уровень... В каком веке был создан первый компьютер? XIX, XX, XXI. Тут еще римские цифры знать надо. Ну, отмечаем родной XXI, без лишнего оптимизма. Кто изобрел первую электрическую лампочку? Эдисон, Лодыгин, Ильич. По сравнению с другими вопрос сложный. Разумеется, выбираем Ильича...»

    Из аудитории Денис появился с той же улыбкой.

    — Ответил? — мать снова взялась нервно оправлять на сыне одежду. — Ты же у нас умничка, ты же ответил, да?

    — Ответил, — улыбка на губах Дениса из просто странной превратилась в откровенно нехорошую. Отец спросил с подозрением:

    — Сложные были вопросы? Ответы знал?

    — Нет, вопросы несложные. И ответы я знал.

    — Ну что, зачет! — отец хотел похлопать сына по плечу, но тот отстранился и продолжил:

    — Только отвечал неправильно. Нарочно. Потому что я не хочу быть проектировщиком микрочипов.

    Мать одной рукой схватилась за сердце, другой потащила из кармана горсть седативных пилюль. Отец поволок Дениса к ближайшему служебному терминалу.

    — Оформляй откат своим тестам.

    — Зачем? Я лучше приду пересдам как-нибудь в другой раз, — предположил мальчик.

    — Если ты провалил все тесты, другого раза не будет. Тебя отправят к дефективным. А если жалоба местного администратора придется в тему, могут просто вышвырнуть из корпорации. Окажешься на помойке, с деструктивными!..

    Дениса затрясло. Он уставился перед собой, все тело заполнила ледяная пустота, сознание механически отмечало доносившиеся от терминала реплики:

    — Уже четвертый раз заново начинать приходится... Повторяй за мной: подается прошение об этом самом, эпиляции... по результатам тестов... считаем неправильным вопрос — какой там был? Сколько будет тридцать шесть делить на девять: нормальный ребенок сам не сможет сосчитать... Опять пищит, опять ему что-то неправильно!

    — Папа, пойдем к другому терминалу, они еще долго будут возиться, — собравшись наконец с мыслями, предложил мальчик.

    Отец только махнул рукой, продолжая шепотом проговаривать едва слышные ругательства.

    У соседнего терминала Денис уныло повернулся, давая возможность сосканировать свою голограмму, и успел даже произнести:

    — Прошение об...

    Его перебил приятный женский голос, дублировавший текстовое сообщение на экране:

    — Дорогой наш маленький друг! Мы счастливы сообщить, что ты превосходно прошел предложенные нашими специалистами тесты подтверждения будущей профориентации. Поздравляем тебя!

    Мальчик замер, рядом застыл отец: молчаливое удивление делало их похожими как никогда. А из терминала все лилось радостное:

    — Но это еще не все приятные новости, дружок! Мы просим, чтобы отозвался твой папа.

    — Й-я здесь, — оторопело сказал тот. Терминал сменил текстовое сообщение на изображение молодого человека с голограммой старшего администратора на ярко-зеленом галстуке:

    — Вам предстоит сейчас принять очень важное решение относительно вашего сына. Он показал прекрасные результаты во время недифференцированного обучения, которые блестяще подтвердились только что пройденным тестом. В корпорации появится в будущем вакансия топ-менеджера. Обучение на эту должность мы, в числе прочих кандидатов, предлагаем пройти вашему сыну. Правда, это предполагает разлучение с семьей на ближайшие несколько лет. Вы согласны?

    — Да! — выпалил Денис. Старший администратор улыбнулся ему, но выжидающе перевел взгляд на отца, который все еще стоял в остолбенении. Мальчик яростно дернул родителя за форменный белый жилет:

    — Скажи да, папа! Немедленно скажи да, пока они не передумали!

    — Э-э... Плюс один... В смысле, согласен, — в голосе отца по-прежнему звучало недоумение.

    — Й-йях-ху-у-у!!! — завопил мальчик, подпрыгнув. Впереди неожиданно открылась совершенно новая жизнь.

    Уже в восемнадцать лет он как-то озадачился вопросом, что же произошло. Из своего нового положения, подняв доступные теперь архивы, Денис выяснил, что компьютерная система просто перепутала ключи, и все его неправильные ответы парадоксальным образом оказались признаны правильными. «Что же, случается», — подумал он. «Но теперь это все уже неважно».



    Двенадцатилетний Денис сидел в летнем саду элитного обучающего центра. Рядом цвели благоухающие розы, прямо над ним карликовое дерево медленно роняло потрясающей красоты алые и золотые листья, но мальчик ничего не замечал: в воздухе перед ним висело трехмерное изображение новейшей игрушки, на покупку которой он не мог и надеяться, пока жил с семьей. Денис увлеченно перебирал пальцами по поверхности крохотного игрового пульта. Неожиданно рядом раздалось:

    — У этой игры есть три открытых уровня: легкий, средний и сложный. И один уровень со специальными настройками: там игрок не может ни победить, ни проиграть.

    — А где находятся эти специальные настройки? — мальчик впервые за последние несколько часов отвел глаза от игры. Высокий мужчина, светлый цвет волос которого к вискам переходил в седину, с улыбкой протянул руку. Денис, поколебавшись, вложил пульт в чужую ладонь. И потрясенно вскрикнул, когда мужчина уронил пульт, да еще и раздавил каблуком. Мальчик вскочил, сжав кулаки, а обидчик сказал невозмутимо:

    — Меня зовут Сергей. Я не могу научить тебя всегда выигрывать, но могу научить тебя Дао.

    Злость, обида и растерянность со звоном столкнулись в мыслях Дениса, закрутились в раздирающем разум смерче — и увлекли за собой, растворив мир в яркой белой вспышке.

    Когда действительность медленно восстановила неожиданно посвежевшие краски и вернулся голос, мальчик выкрикнул в удалявшуюся спину:

    — Стойте! Я хочу у вас учиться.



    Само восемнадцатилетие запомнилось Денису гораздо меньше, чем состоявшийся через неделю День Отбора. Все четыре кандидата на должность топ-менеджера, отобранные когда-то среди способнейших детей корпорации «Технологии будущего», стали наконец совершеннолетними — и вторая ступень их обучения подошла к концу. После экзамена продолжать учебу предстояло только двоим.

    Денис, как всегда, проснулся до сигнала будильника. Задумался, не стоит ли принять антидепрессанты или интеллект-стимуляторы, однако решил, что не пользовался ими прежде — и начинать не стоит. «Это не есть истинное Дао», — ухмыльнулся он своему отражению в зеркале, снимая со щеки крем для бритья. «Все сложится так, как должно сложиться».

    Занятия чаще всего проходили в апартаментах учеников, и учителя даже не всегда являлись лично, время от времени предпочитая общение по комму — но сегодня особенный день: ученикам предстояло собраться в комнате переговоров, куда должен прийти для экзамена сам Президент корпорации. Поэтому Денис не удивился, заметив при выходе из апартаментов своего личного учителя.

    — Доброго дня, Денис! — приветствовал парня высокий мужчина с седоватыми висками. Ученик был уверен, что ранняя седина — не следование распространившейся сейчас моде, а просто нежелание изменять природный ход событий.

    — И тебе также, наставник, — отозвался тот. — Хочешь проводить меня?

    — Мое присутствие на экзамене необязательно и даже нежелательно, — сообщил Сергей, — но меня насторожило, что ты со вчерашнего вечера не отвечал на мои вызовы. Собственно, доступ к тебе заблокирован. Нет, это не предусмотрено экзаменационными правилами, — предупредил он вопрос Дениса.

    Парень удивленно приподнял брови и, чуть подумав, предложил:

    — Зайдем ко мне, разберемся. Ведь время еще есть?

    — Запас небольшой, но остается, — кивнул Сергей.

    Касаясь кончиками пальцев чувствительной приборной панели, отдавая команды и принимая данные, Денис постоянно чувствовал на себе теплый взгляд наставника. Через несколько минут он обернулся со смешком:

    — Кто-то из ребят постарался: подсадил вируса, тот сбил время на всей аппаратуре, ну и заодно доступ ко мне заблокировал, чтобы случайно не разбудили вовремя. Можно выяснить, кто именно, да слишком долго. И, в сущности, неважно.

    Сергей поднялся из кресла:

    — Денис, я хочу тебе сказать одно. Чем бы ни закончился экзамен — я очень рад, что наши пути сошлись. И даже если в будущем они разойдутся, знай, что ты был лучшим из моих учеников.

    — Благодарю тебя, наставник. Думаю, что могу сказать то же и о тебе: как бы там ни было, но ты останешься для меня лучшим, — негромко сказал Денис. Учитель подошел к нему, обнял — коротко, но крепко — и подтолкнул в сторону выхода:

    — Я подожду результата здесь.

    Парень вышел из апартаментов, сознавая, что сегодняшний день может оказаться последним, когда он видит наставника. Живые учителя — роскошь для элиты, а уж на личных наставников только кандидаты в топ-менеджеры и могли рассчитывать. Об этом ребятам сообщил Президент корпорации на первой встрече, шесть лет назад:

    — Мне известно, что все вы — неординарные молодые люди, которым тесно в рамках общих стандартов. Я знаю, что обучающие программы вы давно считаете слишком примитивными... — Все четверо потупились, — ...и вы правы — для вас это именно так! Вы — интеллектуальная элита, вы достойны большего, и именно вы будете двигать нашу корпорацию вперед, в будущее! Вы можете прослушать тысячи обучающих программ — но разве дадут они нужный топ-менеджеру уровень погружения? Вы можете даже прочитать сотни старых бумажных учебников — но как вы узнаете, что можно применить к действительности нашей корпорации, а что совершенно не подходит? — Дети выжидательно замерли. — Поэтому вас ждет курс дисциплин по экономике, ведению бизнеса, социологии, IT и нанотехнологиям, каждому из которых вас будет учить живой преподаватель. — Раздался общий вздох. — Наши преподаватели отлично знают корпорацию изнутри, они смогут ответить на любые ваши вопросы, и все их знания будут пропущены через призму личного опыта и уверенности. Но и это еще не все! Вам предстоит выбрать также личного наставника, который станет преподавать вам нечто особенное. Привычки, которых нет у подчиненных, дают вам — и им! — возможность почувствовать вашу исключительность. Топ-менеджер — это человек необыкновенный, человек избранный — даже если пришел в руководство из народа, как все вы! И в ближайшие годы вам предстоит оправдывать свое право на это звание!..

    Этой речью встреча с Президентом и ограничилась. Вторая должна была состояться в День Отбора.

    Войдя в комнату переговоров, Денис обвел взглядом своих товарищей-соперников: не выдаст ли вредитель своего удивления? Однако и Таня, и Максим с Петером приветствовали его как обычно. Кивнув соперникам, Денис первым сел за стол переговоров. Таня, чуть нахмурившись, покрутила в руках восьмиугольную табличку, бросая взгляды на места для экзаменующихся, потом поправила волосы и подошла к Денису. Склонилась, как бы нечаянно коснувшись грудью его плеча, и тихо попросила:

    — Денис, сделай мне маленькое одолжение... Я сама хотела сесть на это место, и буду благодарна, если ты пересядешь.

    — Пожалуйста! — улыбнулся парень. Сзади прозвучал ехидный комментарий Петера:

    — Девушка по своему ба-гуа рассчитала, что это место для нее благоприятно. Зачем ей давать какое-то преимущество? Я бы на твоем месте не уступил, хоть она совсем блузку расстегни.

    — Моя голова — мое главное преимущество, и оно не зависит от места, где я сижу, — подчеркнуто спокойно пояснил Денис Петеру, отвернувшись от зардевшейся Тани.

    — Здравствуйте, господин Президент! — голос оставшегося у входа Максима перетянул на себя всеобщее внимание. Сел Максим лишь после того, как Президент корпорации занял место во главе стола.

    — Я рад видеть вас, друзья! — сказал торжественно Президент. — И рад был узнать, что все наставники считают своих питомцев хорошо подготовленными к будущей профессии. Однако единственным и окончательным судьей на этом экзамене являюсь, как вы знаете, я. Не будем тянуть, слушайте первое задание!

    На столе перед каждым кандидатом матово засветилось прямоугольное окно, где предстояло работать.

    — Дано следующее, — произнес Президент. — Повторяю, дано! Условия могут показаться вам не совсем реальными, но изменению не подлежат. Итак, один человек у входа на выставку IT-технологий сказал охраннику: «Я великий вор, и предупреждаю, что эта выставка не останется неограбленной!» Естественно, охранник обеспокоился, ведь стоимость экспозиций исчислялась миллионами универсальных единиц, и за этим человеком была организована усиленная слежка. Однако никто не заметил, чтобы посетитель что-то брал — кроме, разумеется, рекламных проспектов. — Президент снисходительно улыбнулся. — Когда этот человек уходил, охрана обыскала его с ног до головы, но не нашла ничего. Hа следующий день выставки посетитель вернулся и сказал охраннику: «Моя вчерашняя добыча была огромна, а сегодня я надеюсь получить еще больше!» И все повторилось... Вечером, после бесплодного обыска, охранник спросил: «Уважаемый, я не могу успокоиться. Скажите же мне, что именно вы крадете!» И тогда человек сказал... Что же он сказал, друзья мои? Записывайте ответы, а я выслушаю вашу аргументацию, как только все будут готовы!

    Денис даже фыркнул от легкости поставленной задачи. Записать ответ хватило пары секунд, следом, подмигнув, закончила Таня. Максим хмурился, сопел, уставясь перед собой, однако решился ответить третьим. Петер обвел взглядом конкурентов, усмехнулся с намеком на превосходство и тоже обозначил ответ.

    — Что же, начнем с последнего, — проговорил Президент. — Петер считает, что странный посетитель крал настроение. Поясни, пожалуйста!

    — Это хороший способ насолить конкурентам, господин Президент, — пожал плечами Петер. — Если распространять у чужих стендов дезинформацию, мешать проводить презентации, отпускать критические замечания — участникам будет нанесен серьезный урон.

    — Я понял тебя, Петер. Теперь ты, Максим!

    — Разумеется, он крал время, господин Президент. В первую очередь у самого же охранника, — хмуро проговорил Максим. — Пока этот посетитель отвлекает внимание на себя, охрана бдительна в основном по отношению к нему. Тем временем сообщники этого человека могут сделать буквально что пожелают.

    — Интересная версия. А вот Таня думает, что украден был успех...

    — С точки зрения фен-шуй — как вы знаете, это моя дополнительная дисциплина, — улыбнулась Таня, — знающий человек мог повлиять на успех всего предприятия. Достаточно на несколько градусов повернуть ту или иную экспозицию, переместить с одного места на другое малозаметную, но важную с точки древнего искусства деталь — и это окажет огромное влияние на популярность представленных технологий!

    — Хорошо, Таня. И последний из вас...

    — Конечно, идеи, господин Президент! — воскликнул Денис. — Это так очевидно, что мне просто нечего добавить.

    — Итак, друзья мои, по итогам вашего первого... — Президент выдержал паузу, — и единственного на этом экзамене задания я должен вам сообщить, что на высшую ступень обучения переходят Максим и Денис. Таня и Петер, можете выбрать любую интересующую вас должность в нашей корпорации — из тех, что находятся в непосредственном подчинении топ-менеджеров. Теперь позвольте с вами распроститься: дела не ждут...

    Пока Таня с Петером ошарашенно переглядывались, Денис подошел к Максиму:

    — Время, значит, воровал... Не подскажешь, кто мне вируса запустил?

    Максим только невозмутимо посмотрел ему в глаза:

    — Вообще не знаю, о чем речь.

    — Ну, если вдруг узнаешь, или там вспомнишь — то я скажу, как же мне удалось не опоздать. — пообещал Денис.

    Максим заколебался. Денис подошел к Петеру и Тане с выражением сочувствия, получил в ответ неискренние улыбки, собрался уходить, но Максим наконец надумал и, отведя в сторону, сказал вполголоса:

    — Ладно, это я. Сам понимаешь, ничего личного: меньше конкурентов — больше шансов...

    — Понимаю, — кивнул Денис. — А им вируса не стал подсаживать или они тоже догадались?

    — Догадаются они, как же! — фыркнул Максим. — Мне надо было убрать сильного конкурента. И как же ты не опоздал?

    — А я часами не пользуюсь вообще-то. И будильниками в том числе. Я действую, когда чувствую, что уже пора!.. — и Денис, насвистывая, ушел.

    — У меня есть три года, чтобы научиться это использовать, — тихо сказал Максим, провожая конкурента взглядом.



    — Наставник, я все глубже постигаю устройство нашей корпорации, и все большего не понимаю. Я вижу, что люди работают там, где могли бы работать машины, а машины работают там, где было бы больше пользы от людей. Представители нижних уровней верят во что угодно, если фразы соединять словами «следовательно» и «очевидно», а их словарный запас ненамного шире албанского жаргона.

    — Так называемый албанский жаргон предлагает емко выраженные и эмоционально окрашенные универсальные реакции, позволяющие легко понимать друг друга. Конечно, представителям нижних уровней гораздо проще и удобнее общаться именно таким образом, чем тратить силы на расширение словарного запаса. Кстати, расслоение стилей общения стало в нашем обществе одним из признаков социальной дифференциации.

    — Наставник, я беседую с тобой как с понимающим человеком, а ты вместо понимания предлагаешь мне учебную информацию! Пожалуйста, не уходи от смысла моих вопросов. Скажи, почему они считают нормальным, что не умеют поделить тридцать шесть на девять без помощи техники и не видят разницы между полюсом и экватором?

    — Почему тебя это раздражает, ученик? Тебе ли не понимать, что знать много или мало — личный выбор и личное право всякого.

    — Наставник, но и на среднем уровне я вижу, что там, где нужны идеи — действуют инструкции. Признаком ума считается критика; на каждую идею находятся десятки критиков, которые объясняют, почему она не будет работать, и множество толковых предложений не получают ни единого шанса на исполнение, тихо исчезая в архивах. Я не понимаю, как наша корпорация выживает.

    — Ты обеспокоен тем, что система кажется тебе нерациональной? Но она такова, потому что не может быть другой! Эта система — порождение человеческого разума, и она в наилучшей степени отвечает потребностям человеческого разума. Именно поэтому наша корпорация не просто выживает, но и преуспевает.

    — Наставник... я хочу изменить эту систему.

    Денис не смотрел в глаза учителя, вертя в пальцах листок карликового дерева, алый в центре и багровый к резным краям. После долгого молчания Сергей ответил:

    — Только Дао позволит или не позволит тебе сделать это. Урок окончен.



    В День Окончательного Выбора Денис, как обычно, проснулся прежде будильника. Полежал, давая по древней практике проснуться всем частям тела, привстал — и чуть не потерял спокойствие Дао: в кресле рядом кроватью сидел сам Президент корпорации. Вид у него был странно бледный

    — Доброе утро, Денис, — сдержанно поздоровался тот. — Еще полторы минуты, и я разбудил бы тебя сам... У меня две новости — плохая для корпорации и хорошая для тебя. Первая: у нас сейчас кризис, мы на грани банкротства. Собственно, я зашел к тебе перед тем, как отправиться спать — двое суток работы без отдыха, это тяжелая нагрузка даже для меня. — Улыбка Президента выглядела измученной. — Естественно, чтобы выкарабкаться из этой — безусловно, временной! — опасности, нам нужно задействовать все возможные ресурсы. В том числе нам жизненно необходим топ-менеджер. Поэтому вторая новость: наши аналитики сочли, что терять несколько часов на экзамены сейчас непозволительная роскошь. По результатам обучения на высшей ступени ты признан достойным должности. И обязан занять пост немедленно. Сейчас тебя проводят в рабочий кабинет. Уж извини, церемония вступления в должность будет проведена, когда разрешится кризис.

    — Я понял вас, господин Президент. Готов приступить к обязанностям.

    ...цифры, диаграммы, данные с производства, биржевые сводки... пока заглатывается откуда-то появившаяся рядом еда, выйти в сеть, походить по чужим доменам, составить представление о делах конкурентов. Запросить данные корпоративной разведки — сначала вчерашние, потом все более свежие. Теперь отдых: уйти в короткую, но глубокую медитацию, и пусть разум идет по Пути, пока в ставшей привычной белой вспышке не обнаружится решение.

    Уполномоченный Денисом представитель компании вылетел в Ниппон для заключения важного контракта с дружественной корпорацией. Это не спасало ситуацию окончательно, но должно было ее стабилизировать.

    Контракт подписали успешно, и Денис уже отдавал распоряжения, где и как переориентировать производство, когда перед ним возникло срочное сообщение корпоративной разведки. Корпорация-конкурент заключила аналогичный контракт — пусть двумя часами позже, но... на Гавайских островах.

    «А это значит, что дата у них на договоре с учетом разницы часовых поясов будет стоять вчерашняя. Да, конечно, это можно опротестовать, но время. Они затягивают время... Время!»

    Мигали тревожным алым цветом поступающие данные корпоративной разведки, белым и зеленым на черном фоне — срочные внутрикорпоративные сводки. А Денис замер, подстерегая ускользающую мысль, которая казалась ему важнее прочего.

    Время.

    Максим.

    Махинации со временем в сочетании с уверенными, но предсказуемыми действиями — это его почерк.

    Денис разговаривал с ним только вчера, и работа Максима на другую корпорацию была, конечно, нереальной.

    Значит, Максим работает здесь. Возможно, сидит в соседнем кабинете. Перед ним так же мигают сводки, сменяются цифры и буквы; его так же разбудили с утра и сообщили, что в корпорации кризис и он как топ-менеджер должен с ним справиться. И так же, как Дениса, не дав опомниться от новости, посадили за...

    Симулятор.

    В корпорации на самом деле течет нормальная, обычная жизнь, и только они с Максимом сейчас работают на износ, сражаясь с грозящим банкротством, а на самом деле — друг с другом... чтобы выяснить, кто все-таки станет топ-менеджером.

    Конечно, им станет тот, кто победит.

    Но теперь Денис хотя бы знает, с кем и с чем реально имеет дело.

    Он распустил узел галстука, откинулся назад, выпил кофе, наконец-то почувствовав его вкус... Наскоро пролистал поступившие сообщения, рассортировав по приоритету. Новые данные ложились рядом со старыми, рисуя нечеткую пока картину. Денис закрыл глаза и погрузился в долгую на этот раз медитацию.

    Когда он открыл глаза, то уже знал: для того, чтобы победить, нужно принять решение о продаже одного из ключевых предприятий корпорации. Стратагема под названием «Пожертвовать сливой, чтобы спасти персик». Решение сложное, его трудно понять, но единственно верное.

    Наверное, Максим тоже догадается. Но нескоро. Он из тех людей, что, имея на руках 95% фактов, не поверят интуиции, а будут тянуть, пока не разъяснятся оставшиеся 5%. А к тому времени часто бывает уже поздно...

    Денис открыл было рот, чтобы дать соответствующее распоряжение — и закрыл его.

    Если работа топ-менеджера хотя бы похожа на это бесконечное мельтешение — то он один действительно ничего не сможет изменить в системе. У него просто не будет на это времени и сил. Эта должность поработит его разум, сделает своим слугой. Ведь должны быть другие возможности влиять на события...

    Ключевое предприятие Денис так и не продал, но игру довел до конца. Хотя дожидаться, пока Максим предпримет аналогичное решение, пришлось действительно долго. Денис уже всерьез прикидывал, нельзя ли как-нибудь подсказать конкуренту? Очень уж хотелось покинуть «уровень со специальными настройками», где не желаешь выиграть и не можешь проиграть.

    Наконец, дверь в кабинет открылась, и появился Президент корпорации. Он посмотрел на парня, скорбно приподняв брови.

    — Я понял, — спокойно сказал Денис, — передайте Максиму мои поздравления: он будет более подходящим для этой должности, чем я...

    — Хорошо, — без удивления отозвался Президент.

    — У меня осталось право выбора должности в Корпорации?

    — Было бы странно отрицать, что ты заслужил его, — подтвердил Президент.

    — Тогда я хочу быть преподавателем. Живым преподавателем. Я хочу сам учить будущее высшее звено корпорации, хочу помогать им формировать и знания, и мировоззрение. Это возможно?

    — Да, — помолчав, сказал Президент и кивнул кому-то за спиной Дениса. Он почувствовал болезненный укол, и навалилась тьма.



    — Сердцебиение в норме, ритмы мозга в норме.

    — Ну, это ненадолго...

    — Не надо цинизма, сестра. Доктор, вы готовы?

    — Да, начинаем. Готовьте электронику на замену!

    — Ой, он открыл глаза!

    — Где наркоз? Давайте еще наркоз!

    Отвернувшись от слепящего сияния ламп, Денис увидел в углу наставника Сергея, стоящего у стены в слепом оцепенении манекена. Рядом так же безразлично застыли другие фигуры, среди которых Денис узнал бывших наставников Тани и Петера. Впереди всех сидел Президент корпорации — такой же, как обычно, только без верхней части черепной коробки. Мужчина с голограммой специалиста по железу что-то деловито подкручивал в скопище плат, формой отдаленно напоминающем мозг.

    — Разве киборги существуют? — беспомощно прошептал Денис. — Я ничего... не...

    — Голову, фиксируйте ему голову!

    Крики вокруг затихли, и окружающее растворилось в яркой белой вспышке.